Комиссар Пожарский («Правда» от 13 октября 1938 года)

ГЕРОИ ХАСАНА

В бою у озера Хасан погиб комиссар Иван Пожарский, человек изумительного бесстрашия и беспредельной отваги. Человек этот нынче овеян легендарной славой на дальневосточной границе. Второй раз Иван Пожарский встречался с японцами. В сырое и ветреное мартовское утро 1936 года японо-манчжуры проникли на территорию СССР, в районе пограничного знака № 8. Враги пытались проложить себе дорогу огнем пулеметов и винтовок. Части, в которой Иван Пожарский был комиссаром, поручили очистить советскую землю от японских захватчиков. Тогда в бою погиб лейтенант Краскин. Комиссар был в это время на правом фланге, он видел, как враги окружили лейтенанта, слышал его последнюю предсмертную команду:

— Вперед, за родину!

Она прозвучала, эта команда, как завет, как клятва, как призыв к мести. Иван Пожарский подхватил команду умирающего лейтенанта. Он поднял руку и крикнул: «За родину!», но в это время комиссар был ранен. Он сбросил с себя шинель и, на ходу перевязывая руку, вел бойцов в атаку. Только после боя, когда японо-манчжуры бежали к своим заставам, Иван Пожарский почувствовал сильное кровотечение. Его понесли на руках. Шесть дней спустя комиссар Иван Пожарский был награжден орденом Красной Звезды.

После этого боя комиссар учился на военно-политических курсах имени Ленина. Ему предлагали остаться в Москве. Он попросился на границу.

— У меня уже есть опыт, я знаю, как бить японцев… А с таким опытом мне лучше быть на границе…

Он снова уехал на Дальний Восток. Бойцы его встретили тепло и радушно. У комиссара была удивительная способность: простым словом располагать к себе бойцов. Командир шутя говорил, что у Ивана Пожарского хранятся где-то ключи от всех человеческих сердец. Он вел большую переписку с бойцами, уезжавшими на курсы или в отпуск, всегда был среди бойцов, жил их нуждами и радостями.

Сын лесоруба из города Ардатова, он вместе с отцом уходил в лес. Лесная жизнь увлекала двенадцатилетнего мальчика. Он бродил по мордовским лесам и говорил отцу:

— Буду лесником…

Отец его, Алексей Пожарский, нашел, однако, другую профессию для сына. Иван был отдан в обучение к ардатовскому сапожнику. Но сапожное ремесло не пришлось по душе молодому «лесному парню», как звали его в Ардатове. Иван Пожарский уехал учиться в Ульяновск. Вскоре он ушел в Красную Армию. Здесь он и прошел большую школу политической работы. Он жил на границе, где каждый шорох вызывает тревогу, где мысли и чувства подчинены только одному: охране советской земли. Здесь, среди сопок, редких кустов орешника и обветренных ложбин, Иван Пожарский приобрел волю и решимость бойца, бесстрашие большевика.

И вот наступили боевые дни, когда молодые советские люди понесли на фронт к озеру Хасан не только свое оружие и военное искусство, но и волю, храбрость, жизнь. В первый же день боя часть, где комиссаром был Иван Пожарский, была готова к выступлению. К вечеру из штаба пришел приказ: уничтожить противника, укрепившегося на южных скатах высоты Заозерной. Поздно вечером, без суеты и шума, бойцы выстроились. Комиссар произнес речь, — это была последняя его речь. Иван Пожарский всегда был немногословен. Скупыми фразами он говорил о предстоящем бое. Вспоминал тех, кто оросил своей кровью эту землю в годы гражданской войны. Во время боев у Волочаевки, говорил комиссар, японцы соорудили лабиринт из проволочных заграждений. Красная Армия шла в атаку без ножниц, лопат или топоров. У проволоки все остановились. Тогда рота бойцов добровольно легла на колючие заграждения, и по их телам прошла вся армия. Вот как эти люди любили свободу…

— Можем ли мы отдать самураям землю, завоеванную такой ценой? — говорил комиссар.

Части предстояло совершить сложную и героическую операцию. Японцы укрепились на сопке. Как потом оказалось, здесь было сорок пулеметных гнезд. Поэтому бойцы и прозвали сопку Пулеметной. Это название осталось за ней и теперь.

Двигались ночью, в полной тишине. Бойцы хорошо маскировались: с высоты Заозерной японские наблюдатели не должны были заметить движение части. У холма часть остановилась. Артиллерия и пулеметы начали обстрел врага. Японцы также открыли огонь. Пока велась эта перестрелка, две роты обходили японцев с левого фланга. Впереди шел комиссар Иван Пожарский.

Неожиданно для японцев бойцы пошли в атаку. Подняв гранату высоко над головой, Иван Пожарский крикнул:

— Вперед, за Сталина, за родину!

Бойцы бросились за комиссаром. Японцы начали обстреливать наступающих. Но это уже был огонь беспорядочный, растерянный. В окопах японцев рвались гранаты. Один за другим умолкали вражеские пулеметы.

— Вперед, за родину! — снова воскликнул комиссар, и красноармейцы с новыми силами пошли вперед. В эту минуту Иван Пожарский почувствовал ожог в ноге. Он присел, но сразу выпрямился. Его окружили бойцы.

— Вы ранены, товарищ комиссар, ложитесь!

— Вперед! — закричал Пожарский и, подняв пистолет, побежал к японским окопам. Он бросил две гранаты, потом начал обстреливать убегающих врагов из пулемета. Впереди была еще укрепленная точка японцев. Решили взять ее штурмом и овладеть сопкой.

Он бежал впереди цепи бойцов, забрасывая врага гранатами. Враги упорно сопротивлялись.

Иван Пожарский присел в стороне и быстро перевязал рану на ноге. Вскоре он снова был впереди бойцов и вел их в бой. Командир роты лейтенант Попов тоже был ранен, но и он не покидал боя. Командир части предложил ему лечь, но он ответил:

— Как комиссар, так и я… Вперед!

Красноармейцы окружили японскую укрепленную точку и уничтожили ее. Во время этой третьей атаки комиссар был смертельно ранен. Он медленно начал опускаться на землю. Кровь стекала по краям портупеи. К нему подбежали бойцы.

— Прощайте, — произнес комиссар и сжал руку Тимофея Яковлева, друга своего, с которым они вместе дрались с японцами в 1936 году. Комиссар задыхался, но он собрал остатки сил и прошептал:

— С честью постойте за родину, прощайте…

— Комиссара убили, — сказал кто-то впереди, и эта весть была передана по цепи из уст в уста.

Бойцы бросились на врагов, завязалась рукопашная схватка. Японские захватчики не успели выйти из окопов: они были уничтожены на месте. Сопка Заозерная снова стала советской.

О. КУРГАНОВ.