Не его прерогатива

Из свежих новостей: «Президент Владимир Путин не стал приезжать в аэропорт, чтобы встретить прибывших из Киева в рамках обмена россиян, поскольку это не прерогатива главы государства. Об этом заявил журналистам пресс-секретарь российского лидера Дмитрий Песков».

По-моему, это прекрасно. Мне сразу же вспомнилось, как в СССР лидер страны Леонид Ильич Брежнев в декабре 1976 года не счёл «не своей прерогативой» встретиться с освобождённым из чилийских застенков коммунистом Луисом Корваланом. Говорят, Генеральный секретарь обнимал вчерашнего заключённого и растроганно повторял: «Корвалан… Луис». И даже не стал сдерживать слёз, не стесняясь фотообъективов.

Автор фотоснимков с плачущим генсеком Владимир Мусаэльян рассказывал: «Я показал знаменитый снимок высшему руководству. Замятин Леонид Митрофанович удивился, что я настаиваю именно на этой фотографии. Его смутило, что генсек на ней плачет. В результате опубликовали портрет, где Брежнев обнимает Корвалана. А «слезливую» работу я послал на всемирную выставку. Ну, и наградили меня «Золотым глазом».


А теперь попробуйте объяснить, почему то, что в Советском Союзе было прерогативой лидера страны — встречать политзаключённых, вызволенных из чужих застенков, в буржуазной России такой прерогативой быть перестало? Как решить эту загадку? Предложу свою версию объяснения. Разгадка в том, что СССР был государством, построенным на основе гуманизма. Да-да, можно сколько угодно говорить, что стройка была несовершенной, как и всё в этом мире, неидеальной, не соответствовала чертежам, но всё-таки они были. А нынешнее российское государство строилось по совершенно иным схемам. И является идейным продолжением империи, где гуманизма не было даже в проекте, и где царь преспокойно катался на бал на следующий день после Ходынки. Хотя там, помнится, тоже с надеждой говорили: «Темницы рухнут, и свобода вас примет радостно у входа...» — но участие главы государства в этой воображаемой встрече даже не предполагалось. Не его это была прерогатива…

Александр Майсурян