Илья Эренбург: Харьков («Красная звезда» от 16 марта 1943 года)

За двадцать месяцев войны мы закалились. Мы привыкли не только к бомбам или к минам — мы привыкли к испытаниям. Войну начали юноши, полные розовых иллюзий. Войну кончат суровые солдаты, разучившиеся удивляться. Мы знаем, что пережил Харьков под немцами. Мы видим повешенных на балконах, папки гестапо, слезы поруганных девушек. Мы освободили Харьков, и вот он снова под пятой немцев. Они мстят жителям за свои поражения. Они мстят им за слезы радости. Они мстят им за месяц свободы.

Ещё сильнее наша ненависть к немцам. Ещё строже наши лица. Ещё суше наши слова. Мы поклялись, что мы уничтожим немецкую армию, и мы её уничтожим. В истории этой войны Харьков — одна глава.

Гитлер после Сталинграда думал об одном: как восстановить свой престиж, как подпереть зашатавшийся трон? Он собрал на коротком участке фронта крупные силы и начал контрнаступление. Гитлер кинул свои дивизии, взятые на Западе. Он добился успеха. Это — успех Гитлера, но это не его победа. С горем мы оставили наш город. Но Гитлер не взял реванша за Сталинград. Он не нашёл в Харькове двадцати русских дивизий. Он не взял в плен наших генералов и бойцов. Он взял руины многострадального города. Это вряд ли очень весело для Гитлера. Недаром его шутёнок Геббельс позавчера объявил немцам: «В эту зиму мы понесли немалые потери не только в завоёванной территории, но в вооружении и, что самое главное, в людях… Мы должны быть готовыми к новым тяжким испытаниям. Мы ещё не перевалили через гору». Они и не перевалят через гору. Они взяли Харьков, но они не могут воскресить своих дивизий, погибших под Харьковом, — «Адольфа Гитлера» или «Великой Германии».

Что они взяли вместе с развалинами домов? Трупы своих соотечественников.

Наш главнокомандующий маршал Сталин неизменно говорит правду армии и народу. В горькие дни отступления он вдохнул в нас бодрость. В дни наших побед он напомнил нам, что враг ещё не разбит, что немец ещё силен, что раненый зверь способен причинить много зла. Гитлер успел подвезти свежие дивизии. Он выиграл Харьков. Он не выиграл битвы. Битва продолжается — великая битва.

Мы знаем, что потеряли немцы в Сталинграде. Мы помним о Миллерове, о Ростове, об окружённых или разбитых немецких дивизиях. Теперь не весна 1942 года. Теперь весна после Сталинграда, после белого платочка Паулюса, после Касторного. Мы уничтожили десятки лучших дивизий Германии. Мёртвые не пойдут на Дон. Призраки не способны повторить «Похода на Кавказ». Мы смели вассалов Гитлера.

Где Муссолини чествует своих последних мушкетёров? Не в Баку, в Риме. Чудом уцелевшие мадьяры пьют валерианку в Будапеште. На свете стало мало румын Антонеску… и обчёлся. Кем заменит Гитлер своих вассалов? Кем он заменит мёртвые дивизии? Фриц латает свой фрицкин кафтан. Он тащит дивизии из Франции. Но что с ним будет, когда Франция перестанет служить домом отдыха для битых фрицев, когда она станет полем боя?

Мы знаем, что мы победим. Но нелегко нам было отдать Харьков. Насторожились города и сёла, едва вздохнувшие после долгого рабства. Отстоять их — вот первая задача нашей армии. Не дать в обиду ни одного дома, ни одной женщины, ни одного ребёнка. Отплатить за Харьков — такова вторая задача. Отплатить за Харьков на всех фронтах. За каждую русскую слезу — горы убитых немцев. Наш ответ один в дни хороших сводок и в дни плохих: смерть немцам! Мы смотрим вперёд не на одну версту. Мы видим перед собой не один час. Мы знаем — эта война — жестокая и страшная война. Это война за нашу жизнь. Мы знаем также — каковы бы ни были горести дня — мы должны победить и мы победим.

Илья ЭРЕНБУРГ.

Комментарии (Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.)

    • Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.