Из воспоминаний Шульгина, принимавшего отречение Николая II

В ноябре 1965 года в СССР состоялась премьера снятой на киностудии «Ленфильм» картины «Перед судом истории».

Эта картина – уникальный исторический документ. Кинодокумент.

Член 3-х Государственных дум, один из принимавших отречение последнего царя, один из идеологов белого движения 85-летний (он прожил ещё 13 лет) Шульгин откровенно свидетельствует о ключевых событиях русской истории XX века, очевидцем и участником которых являлся:

О русской армии во время Первой Мировой: «Я был на фронте. Я видел всё. Я видел неравную борьбу почти безоружных наших бойцов с ураганным огнём немцев… Я принёс в Думу… закипающее негодование армии против тыла».

О Феврале: «То, чего мы так боялись, стало свершившимся фактом. Мы всё это видели и не могли остановить. Да и кто мог остановить? Сплошная беспорядочная толпа, серо-рыжая солдатня и черноватая рабочеподобная масса заняла весь двор Таврического дворца. Эту толпу прорезали ощетинившиеся штыками оглушительно рычащие грузовики, подобные неким чудовищам. Огромные флаги вились над ними. Беспрерывно подходили воинские части под звуки «Марсельезы»...»

Шульгин (второй слева) в составе Комитета Государственной думы

О Николае (убеждённый, последовательный монархист Шульгин): «Этот несчастный государь был рождён на ступенях трона, но не для трона. И это он прекрасно сознавал. У Николая Александровича было много добродетелей и достоинств – семейных и общечеловеческих, но не было качеств необходимых для царя – властности и твёрдости».

О царской власти и отречении Николая (подробно рассказав, как происходило отречение): «9 января 1905 года много тысяч рабочих пошли к Зимнему дворцу. Их остановили залпами. Полегло, как говорят, более 1000 человек. И казалось, что монархия, династия устояли, но на какой срок? Всего на 12 лет…

История русской монархии трагична. Она полна цареубийств. Но я, я возымел дерзкое желание прервать эту отвратительную традицию. Я не хотел убийств. Я не хотел крови. Я хотел мирным отречением вывести мою Родину из тупика...»

Императорский вагон-салон, где 2 марта 1917 года Шульгин принимал отречение Николая

О большевиках: «Мы большевикам не верили. Ни делам, ни словам их. Иные, как, например, писатель Герберт Уэллс, думали, что Россия во мгле, он полагал, что коммунисты – фантазёры, мечтатели. А мы – мы их просто ненавидели».

Об эмиграции: «Если бы мы в эмиграции сохранили единство, то мы представили бы известную духовную силу… Мы сами себя разбазарили в бесконечных распрях, как партийных, так и личных. Великая миссия превратилась в житейскую свару. Между эмигрантами шла война всех против всех. Никакого всеобъемлющего центра не было – были центрики, группки, партии…

Не было программы, не было идеи, которая могла бы стать целью жизни. Допустим, мы пришли бы в Россию в качестве властителей, и кого-нибудь из нас посадили бы диктатором на московский престол. И мы растерялись бы, потому что не знали бы, что нам делать. Целиком восстановить прошлое – это было бы совершенно невозможно. А значит, необходимы были новые мысли, привлекательные идеи… А их-то у нас как раз и не было.

Русская эмиграция представляла из себя какое-то множество беспризорных людей. К тому же это множество естественно уменьшалось. Старики умирали. И подлинным центром эмиграции становилось кладбище».

О своём тайном посещении СССР с фальшивым советским паспортом на имя Эдуарда Эмильевича Шмидта: «Я ожидал увидеть умирающую страну. На самом деле я увидел несомненные пробуждение и возрождение народа… Но я ясно отделял Россию и русский народ от коммунистов и советской власти».

О Ленине: «Я сейчас отношусь к нему не так, как относился прежде. Мои высказывания в книге «Три столицы» я нахожу не только оскорбительными, но просто недостойными. Но как бы я ни относился к нему, я считаю своим долгом засвидетельствовать, что Ленин стал святыней. Святыней для многих, святыней для миллионов, и поэтому его прах покоится в мавзолее. Гробница Ленина излучает некий свет. Почему? Потому что его последователи, размышляя о нём, и сами становятся лучше. А лучше – значит, добрее».

О русских, сотрудничавших с нацистами: «Позор. Мировой позор. Всякий, кто пошёл за Гитлером – опозорил себя. Они приобщились к мировому злу. По моему глубочайшему убеждению, они утеряли право называться белыми».


Об СССР 1963 года: «Я верю, что нынешние руководители России стремятся к добру, то есть к миру и творческому созиданию… То, что вы, коммунисты, делаете сейчас для России, не только полезно, но и необходимо. И это должны понять все русские люди – и те, кто отрезаны от России, и даже те, что родились вдали от Родины».