Поповский мятеж в Ярославле зимой 1918 года

Все знают о контрреволюционном Ярославском мятеже в июле 1918 года. Это была кровавая попытка свергнутых эксплуататоров вернуть себе власть, чтобы снова загнать трудящихся под ярмо. Положение, сложившееся в ходе мятежа, было критическим. Была поставлена на карту судьба революции. Лишь напряжением всех сил и ценой огромных жертв Советская власть смогла раздавить мятеж.

Однако мало кому известно, что этому мятежу в Ярославле предшествовали контрреволюционные выступления духовенства. Они произошли задолго до самого мятежа – зимой 1918 года.

Точную дату выступления (или выступлений, возможно, их было несколько) мы не можем определить. Советские историки указывают 17 января, современные буржуазные историки называют другую дату – 22 января. Как бы то ни было, примерно в это время, сто лет назад, реакционное ярославское духовенство выступило против Советской власти.

Нет сомнения, что выступление было связано с Декретом об отделении церкви от государства. Российское духовенство знало, что Советская власть готовится принять такой декрет. Излишне говорить, какие чувства это вызывало у попов – они пылали лютой злобой против Советской власти. Они привыкли к своему привилегированному положению и не желали от него отказываться.

За все существование русской православной церкви она всегда была частью эксплуататорского государства. Государство эксплуататоров щедро одаривало церковь за то, что она помогала им держать в рабстве трудящихся. Оно всегда ее поддерживало, всячески укрепляло ее авторитет и влияние.

«Веру» вбивали в народ плетью и закрепляли кандалами.

Для «вразумления» тех, кто не хотел исповедовать православие или же не соблюдал в точности все обряды – были предусмотрены административные и даже уголовные наказания. Наказания варьировали от штрафов до битья плетьми, выжигания клейма на лице и ссылки в каторгу на несколько лет. Было разработано целое уложение, определяющее, за какой проступок какое следует наказание.

Таким вот путем, руками жандармов и палачей — российское самодержавие помогало церкви «охранять духовность».

Перспектива утратить поддержку государства воспринималась русской православной церковью каким-то кошмаром, чуть ли не концом света. Церковь понимала, что без этой поддержки она лишится и авторитета в обществе, и влияния на народ, и своих огромных богатств. Поэтому решимость большевиков отделить церковь от государства вызывала у церкви бешеную ненависть.

Сначала церковь попыталась торговаться с Советской властью. Она обещала Советской власти свою лояльность – в обмен на то, чтобы ей оставили все прежние привилегии. Церковь потребовала от Советского государства ни много ни мало — чтобы оно ее полностью содержало, чтобы в школе по-прежнему преподавали религию, чтобы на все высшие государственные должности назначались только православные! Церковь до того обнаглела – что даже потребовала сохранить наказания для атеистов и отступников от православия!!!

И это она требовала от Советской власти, от большевиков!!! Явно она плохо понимала, с кем имеет дело!

Разумеется, Советская власть не обратила внимания на эту поповскую дичь. Она сохраняла твердую решимость отделить церковь от государства.

Тогда-то, поняв, что Советская власть не собирается идти у них на поводу, церковники стали активно натравливать на нее своих адептов. В некоторых местах им удалось вызвать контрреволюционные выступления. В выступлениях участвовали самые темные элементы – религиозные фанатики, отравленные попами и слепо ненавидящие «антихристову» власть большевиков. А также – представители буржуазии с животной злобой к новым порядкам, которым было все равно, под каким флагом выступать, лишь бы покончить с Советами.

Как было сказано, подобные выступления происходили и в Ярославле в январе 1918 года. Одно из них было организовано под видом крестного хода. Попы и их адепты вышли в центр города с хоругвями и иконами, распевая церковные песнопения. Затем эти «набожные» граждане стали выкрикивать угрозы в адрес Советской власти и призывать прохожих присоединиться к ним и свергнуть «антихристов-большевиков». Потом от слов перешли к делу – стали избивать советских работников и попытались громить советские учреждения. Чтобы пресечь погромы, пришлось прибегнуть к военной силе.

Впоследствии духовенство принимало активное участие в Ярославском мятеже. Священники и монахи служили вербовщиками, связными и шпионами для мятежников, предоставляли им церкви и монастыри в качестве убежищ и штабов, прятали оружие и припасы. Например, в Толгском монастыре устроил себе штаб сам руководитель мятежа – полковник Перхуров!

Да, духовенство являлось одной из самых контрреволюционных сил, которая наряду с представителями свергнутых помещиков и капиталистов выступала против революции и стремилась вернуть старый порядок. Поэтому Советская власть вынуждена была поступать с этими священниками, как с врагами трудящихся.

Именно такими они и были – злобными врагами рабочего класса, пособниками эксплуататоров, которые получили заслуженное наказание за контрреволюцию. А вовсе не безвинными жертвами, пострадавшими за веру – как теперь их пытается изобразить РПЦ и прочие реакционные идеологи буржуазного строя.

Оксана Снегирь