102 года назад: День российского парламентаризма

19 (6) января 1918 года, ранним утром, крылатым мемом матроса-анархиста Железняка «Караул устал!» закрылось первое и единственное заседание Всероссийского Учредительного Собрания. Первого и вплоть до 1990-х годов последнего российского буржуазного парламента, избранного на основе «четырёххвостки». Правильно ли его разогнали?

Ну, если сомневаетесь, то посмотрите на нынешнюю Государственную Думу. Выводы делайте сами…

Напомню партии, которые совершили 102 года назад это доброе дело.

Большевики. В тот момент назывались РСДРП(б). Эта партия в представлениях до сего дня не нуждается, враги отлично помнят о ней и при воспоминаниях прилежно скрипят зубами. В бюллетенях большевики имели номер пять. Эта цифра настолько стойко ассоциировалась с ними, что игральную карту «пятёрка» и через десятилетие шутливо называли «большевичкой».

Предвыборный плакат:


Левые эсеры. Вторая по численности советская партия того времени. Наследница народничества, пыталась спасти имя и славу перебежавшей на сторону буржуев эсеровской партии.

Из воспоминаний Льва Троцкого: «Надо, конечно, разогнать Учредительное собрание, — говорил Ленин, — но вот, как насчёт левых эсеров?

Нас, однако, очень утешил старик Натансон [старый народник, один из лидеров левых эсеров]. Он зашёл к нам «посоветоваться» и с первых же слов сказал:

— А ведь придётся, пожалуй, разогнать Учредительное собрание силой.
— Браво! — воскликнул Ленин, — что верно, то верно! А пойдут ли на это ваши?
— У нас некоторые колеблются, но я думаю, что, в конце концов, согласятся, — ответил Натансон».

Максималисты. Тоже осколок былой славы народничества, воскресшая после Февраля тень более чем полностью перевешанной при царе партии эсеров-максималистов. Вплоть до середины 20-х годов составляли в Советах левую оппозицию большевикам, которых обвиняли в «минимализме» (то есть недостаточной революционности). Понятно, что к Учредиловке они относились ещё критичнее.

Рисунок, изображающий заседание Учредительного Собрания 5-6 (18-19) января 1918 года. Зал уже наводнён матросами, один из которых ведёт диалог с председателем. Красная ткань закрывает огромный портрет императора Николая II, украшавший этот зал в Таврическом дворце, где до Февраля 1917 года заседала Государственная Дума

Анархисты. Это была не одна партия, а множество мелких групп, но к Учредиловке они все или почти все относились отрицательно. Особенно отличился в день российского парламентаризма матрос Железняк и его отряд. Чуть позднее, с трибуны III съезда Советов, Анатолий Железняков поделился тем, как он разгонял Учредилку: «Когда для нас стало ясно, что другого выхода нет, мы вошли в зал и потребовали разойтись, «ибо мы устали». И эти трусы разбежались!.. Если бы потребовалось применить против врагов революции оружие, у нас не дрогнула бы рука! Чтобы защитить власть Советов, мы готовы на все!.. Мы готовы расстрелять не единицы, а сотни и тысячи, ежели понадобится миллион, то и миллион!»

Но вот ещё типичные для позиции анархистов стихи из газеты «Буревестник» за январь 1918-го:

Нам «учредилку» предлагают,
Но мы не верим в этот бред, —
Пусть обездоленные знают,
Что это — смерти силуэт.


1917 год. Предвыборная агитация в Петрограде:


© Александр Майсурян