Что ожидает Афганистан после вывода войск США и НАТО?

Постепенный вывод войск США и НАТО из Афганистана на основе договорённостей с движением «Талибан» стимулирует политические дискуссии по данной теме. При этом всё очевиднее непонимание Западом реальных процессов в регионе. Тогда как соседние Пакистан и Иран пытаются найти гибкие решения и в то же время способствовать мирному процессу, в США и НАТО ограничиваются абстрактными формулировками.

Генеральный секретарь НАТО Столтенберг на днях заявил, что альянс будет продолжать оказывать необходимую поддержку силам безопасности страны, проводя тренинги за пределами Афганистана. Это звучит как нонсенс, ведь если сейчас представители вооружённых сил открыто переходят на сторону талибов, что будет после полного выхода западной коалиции из страны? Очевидно, что НАТО будет тренировать агентов «Талибана», пусть и представленных в качестве правительственных структур безопасности.

Джо Байден тешит себя подобными иллюзиями и полагает, что США будут оказывать гуманитарную помощь для развития Афганистана после вывода американских войск. Однако непонятно, будет ли вообще возможность распределять средства на обозначенные цели, например, для НПО, занимающихся гуманитарными вопросами.

Ведь у талибов своё видение социальной политики в Афганистане, которое явно не соответствует интересам и ценностям в США.

В то же время на президента США началось давление с требованием при выводе войск из Афганистана эвакуировать с ними всех тех, кто помогал оккупантам – переводчиков, инженеров, клерков и информаторов. По приблизительным подсчётам, таких вместе с членами семей оказалось 53 тысячи. Письмо в поддержку этой инициативы подписали несколько десятков религиозных организаций, в основном из числа протестантских сект, но также католики и группа «Бнай Исраэль».

Вопрос угрозы для самих США также остаётся открытым. Изначально оккупация Афганистана началась после терактов в США 11 сентября 2001 года. Неоконсервативная повестка при Джордже Буше-младшем имела определённый и чёткий курс, но у демократов она иная. Сам Байден во время своего выступления 28 мая заявил, что угроза как со стороны «Аль-Каиды», так и со стороны ИГИЛ вызывает большую тревогу в других местах – далеко от Афганистана.

«Наибольшая угроза и вероятность нападения со стороны «Аль-Каиды» или ИГИЛ будет исходить не из Афганистана, а из пяти других регионов мира, в которых значительно больше присутствия как «Аль-Каиды», так и организационных структур, включая ИГИЛ», — сказал он.

Но эти слова опровергаются реальными фактами. Первого июня эксперты по контртерроризму из ООН издали доклад о ситуации в Афганистане. Он показывает, что ситуация в этой стране не только остаётся напряжённой, но есть все признаки возможного падения официальной власти в ближайшее время.

По данным Совета безопасности ООН, в 15 из 34 провинций Афганистана до сих пор действует террористическая организация «Аль-Каида». Оперативники и командиры «Аль-Каиды» чувствуют себя в безопасности на территории, подконтрольной «Талибану». Фактически это самый большой филиал «Аль-Каиды» в регионе Центральной и Южной Азии. Подразделение «Аль-Каиды», известное как «Джабхат аль Нусра»*, известное по деятельности в Ираке и Сирии, также довольно активно в Афганистане. По замыслам самой этой организации, после выхода войск США и НАТО будет возможно «восстановление» Исламского Эмирата Афганистан – то есть страны под контролем Талибана.

Анализ ООН также указывает на постоянное присутствие ИГИЛ в Афганистане. Несмотря на то что филиал ИГИЛ – «Хорасан» (ИГИЛ-Х) далёк от пика своей мощи, он продолжает совершать громкие нападения, в том числе в столице Афганистана Кабуле и в окрестностях. ООН описывает лидера ИГИЛ-Х Шахаба аль-Мухаджира как «амбициозного нового лидера». Он координирует свою операцию с офисом ИГИЛ (известным как «офис Аль-Садика»), который контролирует операции бывшего халифата по всей Центральной и Южной Азии, «включая Афганистан, Бангладеш, Индию, Мальдивы, Пакистан, Шри-Ланку и центральноазиатские республики». Хотя верховное руководство ИГИЛ, вероятно, в настоящее время предоставляет лишь ограниченное финансирование для ИГИЛ-Х, эти две структуры всё ещё поддерживают «связь», что означает, что ИГИЛ-Х не является какой-то действительно независимой организацией, а является частью сплочённой сети.

Если предположить, что западные спецслужбы манипулируют ключевыми эмиссарами ИГИЛ, им будет ставиться задача по поддержанию очага нестабильности. А это будет иметь непосредственный эффект не только на Иран и Пакистан, но также и на центральноазиатские постсоветские республики – Туркменистан, Узбекистан и Таджикистан.

9 июня в провинции Баглан было убито десять сотрудников британско-американской НПО HALO Trust, которая занимается разминированием. Официально виновными были названы талибы, что добавляет напряжённость в процесс вывода западных войск. Если данная акция останется без ответа, не только талибы, но и упомянутые террористические организации почувствуют свою безнаказанность. Необходимо отметить, что это северная провинция, где этническое большинство (более 50%) составляют таджики, а пуштунов, представляющих ядро Талибана, – всего 20%.

Ситуация остаётся довольно сложной, и дипломатам из России, как и представителям других стран, которые предоставляли площадки для переговоров с талибами, придётся в ближайшее время приложить дополнительные усилия, чтобы оказать необходимое содействие в нормализации политического процесса в Афганистане.