«Нормандия» («Известия» от 9 мая 1942 года)

На аэродроме сегодня напряженный день. Готовилась крупная операция. То и дело с ревом приземлялись всё новые пикирующие бомбардировщики.

В воздухе патрулировали истребители, приходили юркие «У-2». Слева от опушки небольшого леса, готовая к взлету, стояла в два ряда группа истребителей. Это были обычные наши «Яки». На крыльях их были звезды. Только на борту самолета вместо звезд были нанесены круги — последовательно — синий, белый и красный. Цвета национального флага Франции .

На этих самолетах работают лётчики французской эскадрильи «Нормандия», сражающиеся в составе Военно-Воздушных сил Красной Армии против гитлеровской Германии.

У самолётов находились лётчики. Одеты они были в свою форму — темные куртки с открытым воротником, темные, остроконечные пилотки с золотыми треугольничками и бронзовой птицей с распростертыми крыльями. На правом предплечье нашивка серебряными буквами «France».

От машины к машине переходил среднего роста, подвижный, но несколько старше других, летчик. С картой в руках он задерживался у самолётов, разъясняя задачу истребителям. Эскадрилья получила срочное задание и готова была в любую минуту к его выполнению.

Вскоре мы познакомились с командиром эскадрильи «Нормандия» майором Т. У каждого из летчиков во Франции, стонущей под игом немецких оккупантов, остались семья, родные или близкие люди, и по понятным для читателя причинам мы будем называть вместо фамилий летчиков лишь их инициалы.

Все они за время войны прошли сложный, трудный и разнообразный боевой путь, всех их привела на наш фронт одна цель — борьба с гитлеровской Германией, борьба за освобождение родины от немецких оккупантов. Большинство из летчиков эскадрильи дерутся с немцами с первых же дней войны. Майор Т. дрался во Франции. После был в Сирии, затем, чтобы драться с немцами, улетел в Египет.

Лётчики Д., Л. и А. после заключения правительством Виши позорного перемирия с немецкими оккупантами находились с французскими частями в Северной Африке. Однажды, отправляясь в учебный полет, приятели поднялись с родного аэродрома, ставшего им ненавистным, перелетели через пролив и опустились в Гибралтаре, на английском аэродроме.

— Я видел немцев в Северной Африке, — говорит летчик Д. — Я не мог терпеть их владычества. Мне были противны предатели из Виши. Я должен был драться.

Все лётчики эскадрильи с радостью восприняли приказ своего командования о назначении на русский фронт, так как здесь, говорят они, «немцы под боком и их можно бить каждый день, каждый час».

— Нам дали, — рассказывает майор Т., — прекрасные боевые машины. Наша эскадрилья сопровождала бомбардировщики, а теперь вылетает на свободный поиск и перехват фашистских самолётов. Уже были бои, и эскадрилья «Нормандия» на советском фронте открыла боевой счет сбитых немецких самолётов.

За несколько часов, проведенных на аэродроме, мы познакомились с личным составом эскадрильи. Лётчики Д. и П. кратко и скромно рассказали о том, как они вдвоем провели успешный бой с двумя немецкими истребителями «Фокке-Вульф-190». Один подожгли, а второй сбили. В этом бою французы умело сочетали дерзость и трезвый расчет. Истребители Д. и П. были посланы для прикрытия двух наших бомбардировщиков, бомбивших важный объект. Немцы первые бросились на французов. Один из немецких истребителей атаковал летчика Д., но француз ловко развернулся в сторону и вышел из-под огня. За Д. погнался второй немецкий истребитель, но французский летчик встретил фашиста меткой пушечно-пулеметной очередью. Немец задымил и немедленно вышел из боя. Сломя голову, на Д. бросился немец, потерпевший фиаско в первой атаке. Французский летчик падал. Но это падение было лишь боевой хитростью. Немец, торжествовавший победу, решил, что француз сбит, и оставил преследование. Но в эту минуту на немецкий истребитель бросился второй французский летчик и первой же очередью, почти в лоб, сбил фашиста. «Фокке-Вульф-190», объятый пламенем, разламываясь на куски, врезался в землю. Тем временем Д. вышел из штопора, и оба истребителя продолжали выполнение своей боевой задачи.

В этот день французы, прилетев на аэродром, прежде чем пойти на посадку, проделали в воздухе головокружительные фигуры высшего пилотажа. На языке французских летчиков это значит, что была встреча с противником и бой закончился с успехом для французов.

Истребители из «Нормандии» — хорошие товарищи в бою. За короткое время между нашими летчиками и французами сложилась настоящая дружба. Как-то три французских истребителя сопровождали три наших бомбардировщика. Над территорией, занятой противником, у одного бомбардировщика закапризничал мотор, и он отстал от звена. Француз оторвался от своих товарищей и прикрывал отставший бомбардировщик, готовый в любую минуту броситься на противника.

«Нормандия» уже давно готова к выполнению боевого задания, но погода резко ухудшилась, и это задержало эскадрилью на некоторое время и позволило нам продолжить беседу. Майор Т. сообщил, что в общем лётчики эскадрильи «Нормандия» за время войны сбили 25 немецких самолётов. Он уверен, что этот счет они скоро увеличат. Майор обернулся и что-то крикнул летчику, медленно прохаживавшемуся у своего самолета. Летчик приблизился к нам. Это был капитан Л. Имя его хорошо знает Франция. Капитан — один из лучших её ассов. Он лично сбил десять немецких самолётов. Грудь капитана Л. украшают четыре боевых ордена. Четвертый орден он получил в августе 1941 года. Это — орден Освобождения. Две узенькие черные линии — знак траура по угнетенной Франции — на светлозеленом фоне ленточки. Орден летчику Л. вручил генерал де Голль за героическую оборону Тобрука.

С тех пор капитан Л. провел ещё немало воздушных боев с немцами. Он по-прежнему мастерски водит свой самолет и, на каком бы фронте ни находился, мстит немцам за Францию, за гибель своего брата.

Недавно два французских истребителя, израсходовав бензин, приземлились в поле, недалеко от какой-то прифронтовой деревеньки. Немедленно к самолётам прибежали колхозники. Тут-то и произошло замешательство. Француз на своем языке пробовал объяснить, в чём дело, но в деревне не нашлось человека, знающего французский язык. Колхозники, верные опыту войны, не приближались к самолётам, но и не отходили от них, окружив французов плотным кольцом радиусом примерно метров в 200.

Тогда один из летчиков, взобравшись на крыло, вытащил красную книжечку — свое личное удостоверение и, размахивая ею, воскликнул:

— Франция, Франция!

Из толпы вышла девушка. Она взяла удостоверение, в котором было по-русски написано, что истребитель является летчиком Сражающейся Франции, действующим в рядах Красной Армии.

Настроение сразу переменилось. Колхозники предоставили летчикам лучшую избу для отдыха. Им предлагали молоко, яйца. Немедленно в ближайшую воинскую часть сообщили о случившемся. Тут же, все на том же языке отрывочных полуфраз и знаков, завязалась общая беседа — как скорее разбить немцев.

Об этой встрече французские лётчики рассказывают с большой теплотой.

…Принесли телеграмму-метеосводку, в которой говорилось: «Ожидаются кратковременные ливневые дожди, высота 400, видимость до 1 км. В воздухе сильная болтанка. Учтите, что видимость при полете гораздо меньше». Метеосводку перевели майору Т.

— Как погода? — спросили мы майора Т.
— Хорошая. Мы летим.

Вся эскадрилья, взревев моторами, классически оторвалась от земли и прошла в четком строю, крылом к крылу, низко над аэродромом.

…На командном пункте, в землянке майор Т., склонившись над схемой, изучал и разбирал недавно прошедший воздушный бой. Прощаясь с нами, командир эскадрильи «Нормандия» сказал:

— Мне хотелось ещё раз сказать о том теплом приеме, который мы встретили здесь. Все советские командиры, с которыми мы работаем, в короткое время стали нашими боевыми товарищами. Мы были свидетелями того, как Красная Армия бьет немцев и как немцы бегут под ударами Красной Армии. Настроение русского народа боевое. Все много работают, и никто не сомневается в разгроме фашистской Германии. Героическая и успешная борьба Красной Армии вселяет в нас надежду, что мы скоро сумеем общими силами разгромить врага и освободить Францию от гитлеровских оккупантов.

— Нас приняли очень, очень хорошо, — подчеркнул майор.

— Ну, не очень хорошо, — улыбаясь, говорит майор Петров — заместитель командира полка. — Как смогли, в полевых условиях. Вот победим немцев, тогда встретимся в Москве, будет совсем другое дело.

— А я вас приглашаю к себе в Париж, — радостно подхватывает майор Т. — После изгнания немцев из Франции.

Русский и французские лётчики крепко жмут друг другу руки.

А. БУЛГАКОВ,
спец. корреспондент «Известий».
ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ.